аристократия

Аристократия и демократия — сёстры, которые различаются воспитанием, состоянием и манерами.

бедность

Бедность сокрушает душевную силу, ожесточает сердце, притупляет ум.

Самая тягостная бедность есть та, которую рисует нам наше воображение.

Самый бедный — это тот, кто не умеет пользоваться тем, чем располагает.

Бог

Один только Бог может составить совершенный словарь.

богатство

Богачи бывают пресыщены, но не насыщены.

Поток богатств теряется в песках расточительности.

болтливость

Болтливый человек — это распечатанное письмо, которое все могут прочесть.

вежливость

Люди до крайности вежливые скоро надоедают.

война

Война — это политический рак, разъедающий тело самых сильных государств.

Война будет длиться до тех пор, пока люди будут иметь глупость удивляться и помогать тем, которые убивают их тысячами.

Война есть процесс, который разоряет тех, кто его выигрывает.

Каждый завоеватель — есть безумец, начинающий с разорения своих подданных для того, чтобы иметь удовольствие разорить чужих.

воля

Последняя воля людей почти всегда бывает их последней слабостью.

воспитание

Если вы получили хорошее воспитание, не братайтесь с дурно воспитанными людьми: неотёсанные поверхности царапают глянец.

время

Время часто убивает тех, кто старается убить его.

Время — самый искусный врач: оно исцеляет болезнь или уносит её с нами.

Любовь к прошедшему времени чаще есть не что иное, как ненависть ко времени настоящему.

героизм

Герои подобно произведениям искусства кажутся более великими через пространство веков.

Героические души не имеют тела.

глупость

Глупый выскочка словно вскарабкался на гору, откуда все ему кажутся маленькими, точно так же, как и сам он кажется маленьким другим.

гордость

Гордый ум всегда бывает умом мелочным; гордая душа — это душа возвышенная.

государство

Казна — сердце государства.

деликатность

Излишняя деликатность мешает счастью.

деньги

Люди, считающие деньги способными сделать всё, сами способны всё сделать за деньги.

деспотизм

Военное правление ведёт к деспотизму.

Демократический деспотизм бывает самым нестерпимым: он плодит тиранов.

Деспот предпочитает оказывать милость, чем выказывать справедливость.

Деспотизм бывает уделом выродившихся наций; они его заслуживают и подвергаются ему, не чувствуя его.

Деспотизм есть ложное верование, таинство которого состоит в том, чтобы заключить всю нацию в одного человека.

Деспоту по душе посредственность в своих подданных.

Почти все великие люди бывают деспотичны, но деспоты редко бывают великими людьми.

Республика позволяет солдатам быть гражданами, деспотизм делает из них палачей.

дети

Не делайте из ребёнка кумира: когда он вырастет, то потребует жертв.

добро

Мы преодолеваем все трудности для того, чтобы сделать зло; но малейшее препятствие отвращает нас от совершения добра.

добродетель

Добродетель находит более поклонников, чем подражателей.

доверие

Постоянное недоверие — слишком уж большая цена за возможность не быть обманутым.

Недоверчивость — это маяк мудреца, но он может разбиться об него.

долг

Занимать не намного лучше, чем нищенствовать, точно так же, как давать взаймы за большие проценты не намного лучше, чем воровать.

друг

Мы ищем новых друзей, когда старые нас слишком хорошо узнают.

душа

Дурной вкус свидетельствует об ущербности души.

желание

Кто вечно желает, тот проводит свою жизнь в ожидании, а у кого нет желаний, тот ждёт смерти.

Если бы все человеческие желания исполнились, земля стала бы адом.

Желания походят на аппетит: иметь их очень много — значит всегда страдать; вовсе их не иметь — это почти то же, что умереть.

Можно все, что хочешь, когда хочешь только то, что следует.

Наши ненасытные желания, рождающиеся и возобновляемые день ото дня, делают то, что самыми большими благами для нас становятся будущее и надежда.

женщины

Язвительность в женщине так же противна, как уксус в молоке.

Без женщины заря и вечер жизни были бы беспомощны, а ее полдень — без радости.

Женщина, считающая достоинством свою красоту, сама заявляет, что большего достоинства у неё не имеется.

Женщины никогда не бывают так сильны, как тогда, когда они вооружаются своим бессилием.

Красивые женщины умирают два раза.

Самое мучительное сожаление состарившейся хорошенькой женщины — это сожаление о самой себе.

У женщин слишком много воображения и чувствительности для того, чтобы иметь много логики.

жизнь

Душевные удовольствия удлиняют жизнь на столько же, насколько наслаждения чувственные её укорачивают.

Когда уже очень далеко уйдёшь по жизненному пути, то замечаешь, что попал не на ту дорогу.

Человек должен употребить первую часть своей жизни на то, чтобы беседовать с мёртвыми — читать книги; вторую на то, чтобы разговаривать с живыми; третью на то, чтобы беседовать с самим собой.

заблуждения

Заблуждение неразрушимо: слишком многие находят в нём свою выгоду.

Одно из величайших заблуждений — это думать, что все чувствуют, видят и мыслят точно так же, как и мы.

зависть

Завистник несчастен своим несчастьем и чужим счастьем.

законы

Великое дело законодательства состоит в том, чтобы создавать общественное благо из наибольшего числа частных интересов.

Многочисленность законов свидетельствует не в пользу нравов, а многочисленность процессов не в пользу законов.

зло

Бессильная злоба утешает себя злословием.

В злополучии, коего причиной являемся мы сами, вся горечь несчастья состоит в том, что нам приходится признать, что мы его заслужили.

Всего труднее бороться и искоренить то зло, которое совершается под видом добра.

Почти всякое зло творится под ложным предлогом добра.

Самым злым человеком бывает вовсе не тот, кто таким кажется.

изобретатели

Изобретение редко вознаграждает изобретателя.

ирония

Искусная ирония может исправить смешные стороны и недостатки, подстрекая самолюбие.

искусство

Искусство слушать почти равносильно искусству хорошо говорить.

истина

Светоч истины часто обжигает руку того, кто его несёт.

У истины, так же как и у заблуждения, есть свои фанатики.

Истина для глупцов — то же, что факел среди тумана: он светится, не разгоняя его.

история

История человека почти всегда бывает историей несправедливостей многих людей.

История человека, а равно и целого народа, заключается в словах: бесплодные поиски счастья.

У истории есть свое шарлатанство: она ставит своих героев вдаль для того, чтобы скрыть всё то низкое и возмутительное, что имеется в их чертах.

Чтобы писать историю достойным образом, надо забыть о своей вере, своём отечестве, своей партии.

клятва

Нарушить данную нами клятву, значит освободить от клятвы, данной нам.

Прежде чем клясться женщине никого не любить, кроме неё, следовало бы увидеть всех женщин или же видеть только её одну.

книги

Ищите людей, разговор с которыми стоил бы хорошей книги, и книг, чтение которых стоило бы разговора с философами.

Уединение с книгой лучше общества с глупцами.

корысть

Корыстолюбие разыгрывает всякие роли, даже роль бескорыстного.

Корысть заставляет поддерживать величайшие нелепости.

критика

Обманутый почитатель становится неумолимым критиком.

лень

Лентяями часто бывают люди с самыми обширными планами.

литература

Гоняться за литературной известностью — это бегать нагишом посреди роя ос.

ложь

Одна ложь, замешавшаяся между истинами, делает все их сомнительными.

любовь

Клятвы в любви доказывают её непостоянство: верная дружба их не произносит.

люди

Великие люди, подобно звёздам, часто обращают на себя внимание только тогда, когда они затмились.

Люди походят на слова: если не поставить их на своё место, они теряют своё значение.

Люди похожи на монеты: надо принимать их по их стоимости, какой бы оттиск на них ни был.

Люди с живым воображением лгут с удивительной лёгкостью: вымысел у них смешивается с истиной так, что они и сами не могут отличить одно от другого.

Мало есть людей, которые были бы всегда достойны называться людьми.

Между людьми знатными и статуями следующая разница: последние увеличиваются, когда подходят к ним ближе; первые же уменьшаются.

медицина

Действенность медицины ослабляется неверием и укрепляется надеждою.

Не признавать медиков могут и люди образованные, отрицать же медицину могут только неучи.

мечты

Мечта есть самое приятное, самое верное, самое интересное общество: оно делает течение времени незаметным.

мир

Всеобщий мир так же невозможен, как неподвижность океана.

мода

Величайшим доказательством женской привязанности бывает жертвование модой.

Женщина была бы в отчаянии, если бы природа создала её такой, какой делает её мода.

молчание

Молчание не всегда доказывает присутствие ума, но доказывает отсутствие глупости.

мораль

Есть две морали: одна — пассивная, запрещающая делать зло, другая — активная, которая повелевает делать добро.

мужество

Мужество — сила для сопротивления; храбрость — для нападения на зло.

Мужественный человек обыкновенно страдает, не жалуясь, человек же слабый жалуется, не страдая.

мысли

Отдельные мысли походят на лучи света, которые не так утомляют, как собранные в сноп.

Мысли, подобно цветам, имеют больше блеска, когда берутся отдельно.

Мысль — есть главная способность человека; выражать её — одна из главных его потребностей; распространять её — самая дорогая его свобода.

надежда

Иной раз надеяться значит больше, нежели пользоваться.

Надежда часто бывает злом; без неё спокойствие родилось бы от необходимости покориться.

народы

Из двух соседних народов тот, у которого более здравого смысла, всегда рано или поздно возьмёт верх над тем, у которого один только ум.

Крайняя бедность народа почти всегда является преступлением его вождей.

наслаждение

Кто обладает всем, тот ничем не наслаждается.

Всякие наслаждения становятся пресными, если лишение их не придаёт им нового очарования.

Можно купить предметы наслаждения, но не тайну наслаждаться ими.

Наслаждения походят на те цветы, которые причиняют головокружение, когда слишком долго дышат их ароматом.

насмешки

Насмешка почти всегда не что иное, как робкая и скрытая злоба.

наука

Пределы наук походят на горизонт: чем ближе подходят к ним, тем более они отодвигаются.

нации

Просвещение и патриотизм создают нации; невежество и эгоизм создают чернь.

невежество

Главноё и величайшее невежество состоит в незнании самих себя.

Полноё невежество лучше худо усвоенной учёности.

Сборище невежественных людей живо напоминает мне стадо.

обещания

Если мы не всегда властны исполнить наше обещание, то всегда в нашей воле не давать его.

Лживые обещания раздражают больше, чем откровенные отказы.

обиды

Обиды записывайте на песке, благодеяния вырезайте на мраморе.

общество

Бороться с общественным мнением — это сражаться с ветряными мельницами.

обязательства

Следует быть рабом своих обязательств или же отказаться от всякого доверия к себе.

Тот, кто нарушает договор, освобождает от всякого обязательства другую сторону.

одиночество

Самое жестокое одиночество — это одиночество сердца.

опыт

Генерал, ни разу не испытавший неудачи, недостаточно опытен.

Надо иметь некоторый опыт обращения с людьми, чтобы отличить знаки истинной благосклонности от льстивых любезностей, сказанных из корысти или из тщеславия.

откровенность

Откровенность состоит не в том, чтобы говорить все, что думаешь, а в том, чтобы говорить лишь то, что думаешь.

победа

Самая почётная победа — та, которую одерживают над эгоизмом.

политика

Если насилие — это правая рука политики, то хитрость — её левая рука.

Политика переодевает ложь в истину, а истину в ложь.

Политика провозглашает великие принципы, но признаёт только право сильного.

пороки

Гораздо более достоинства в том, чтобы уметь побеждать пороки, нежели в том, чтобы не иметь их.

потомство

Потомство — это воображаемый кумир, которому фанатические обожатели славы приносят в жертву настоящее поколение.

праздники

Чем больше праздничных дней, тем больше денег теряет народ в кабаках.

презрение

Нет презираемых ремёсел, есть только презренные люди, бесчестно занимающиеся ими.

преступление

Излишняя снисходительность к преступнику указывает на предрасположенность быть им.

Кто в мыслях готов совершить преступление, тот, может быть, даже преступнее того, кто совершил его.

простота

Простота есть сознание своего человеческого достоинства.

прощение

Самая благородная и сладкая месть — это прощение.

рабство

Нужен только герой между рабами, чтобы сделать их свободными людьми.

развращённость

Без большой бдительности зрелость легко становится развращённостью.

разговоры

Будьте кратки; верное средство заставить слушать себя — это сказать много в немногих словах.

раскаяние

Если воля не допускает размышления, за этим непременно последует раскаяние.

ревность

Ревнивец — это ребёнок, который пугается чудовищ, созданных в потёмках его воображения.

революция

Во время революционных бурь люди, едва годные для того, чтобы грести веслом, овладевают рулём.

Неудавшиеся революции всегда влекут за собой ненавистные и мстительные правительства.

Революции — это такого рода болезни, из течения которых тысячи ловких шарлатанов умеют извлекать немалую для себя пользу.

Революции походят на шахматную игру, где пешки могут погубить короля, спасти или занять его место.

Революция даёт иногда в повелители таких людей, которых мы не пожелали бы иметь лакеями.

речь

Академические речи походят на хрустальные люстры, которые блестят, но не согревают.

роскошь

Роскошь извинительна только в такой стране, где никто не умирает от голода или от холода.

слава

Быстро приобретённая известность так же быстро и исчезает.

Известность походит на пружину, которая поднимает или опускает нас и теряет свою упругость от покоя.

О славе можно сказать то же, что и о фортуне: желая получить от неё слишком много милостей, попадают к ней в немилость.

смерть

Бездействие — преждевременная смерть.

смех

Смех умного виден, а не слышен.

совесть

Кто легко мирится с совестью, тот готов сейчас же изменить ей.

Нет искренней весёлости, когда совесть нечиста.

Нет человека, которого обманула бы его совесть, когда он судит о чужих поступках.

споры

Начинают спорить потому, что не понимают друг друга, и кончают непониманием друг друга потому, что спорили.

Чем более спорят о предмете, тем более путаются: светоч истины меркнет, когда им сильно машут.

судьба

Кто просит у судьбы только необходимого, часто получает от неё излишнее.

Судьба одинаково поражает и сильных, и слабых, но дуб падает с шумом и треском, а былинка — тихо.

суеверие

Когда суеверие проникает в голову народа, оно оставляет там запас глупостей на многие столетия.

счастье

Вернее достигнуть счастья, ожидая его у себя дома, нежели рыская.

Мы были бы гораздо счастливее, если бы поменьше заботились об этом.

Мы все пьём из источника счастья дырявым сосудом; когда он доходит до наших уст, то бывает почти пуст.

Никто не бывает вполне счастлив, если у него нет свидетелей его счастия.

Почти все уверены, что будут счастливы в будущем, и уверены, что были счастливы в прошлом.

Счастливый человек — загадка, разгадку которой можно написать только на гробовом камне.

Счастье — это шар, за которым мы гоняемся, пока он катится, и который мы толкаем ногой, когда он останавливается.

Счастье поступает со своими любимцами так же, как дети со своими куклами: оно ломает и рвёт их, когда они надоели.

терпение

Нужно иметь высокие достоинства или много ума для того, чтобы, не обладая вежливостью быть терпимым в обществе.

тщеславие

Мудрость желает одобрения, тщеславие требует похвал.

Тщеславие предпочитает клевету молчанию, но забвение душит его.

Самое чувствительное наказание, какому может подвергнуться тщеславие, — это презрительное невнимание.

Тщеславие делает любезными людей, не стоящих любви.

Тщеславие заставляет совершать столько же преступлений, сколько и злоба.

Тщеславие склонно умалять достоинства других и преувеличивать собственные.

У гордости может быть благородное великодушие, у тщеславия никогда ничего не бывает, кроме низкой зависти.

удовольствие

Словно играя в жмурки, мы гоняемся за удовольствием, а когда, поймавши его, мы снимаем повязку с глаз, оно никогда не бывает таким, каким мы его представляли.

Удовольствия становятся пресными, а скорби ещё мучительнее, если не с кем их разделить.

Часто платят счастьем всей своей жизни за удовольствие высказать свое мнение.

Чем более гоняются за удовольствием, тем менее можно избежать скуки, следующей за ним.

ум

Для того, чтобы изменить умы, надо сначала изменить сердца.

фанатизм

История фанатизма написана одними слезами и кровью; каждая страница написана ими и высушена на огне костров.

Избегайте фанатиков всякого рода, если не желаете приносить в жертву свои мнения, свое спокойствие, а быть может, и свою безопасность.

фантазия

Мы во всём и почти всегда бываем жертвами нашего воображения: оно торопится закрыть своим пестрым покрывалом малейший луч истины.

философия

Философия излечивает от слабостей сердца, но никогда не исцеляет от недугов ума.

человек

Для того, чтобы судить о действительной важности человека, следует предположить, что он умер, и вообразить какую пустоту оставил бы он после себя: не многие выдержали бы такое испытание.

Герои побеждают своих врагов, великий человек побеждает и своих врагов, и самого себя.

Если у человека нет цели, то жизнь его есть не что иное, как продолжительная смерть.

Если человек никогда не владеет своими чувствами, то должен всегда владеть своими выражениями.

честность

Честное имя — самая великолепная гробница, какую только можно иметь.

честолюбие

Какое бы высокое положение ни занимал честолюбец, он желает подняться ещё выше.

Честолюбие во все времена надевало на себя личину общественного блага или религии для того, чтобы морочить людей.

Честолюбие дремлет, но никогда не спит.

честь

Нет людей более щепетильных в вопросах чести, чем те, которые домогаются её, вовсе не имея.

шутки

Никогда не шутите иначе, как с умными людьми.

Шутка есть оружие обоюдоострое.

на другие темы

В вопросах вкуса не может быть доказательств.

Грамматик может быть весьма плохим автором; хороший автор — плохим грамматиком.

Есть только одно действительно неистощимое сокровище — это большая библиотека.

Жажда барышей сушит сердце и ум.

Желчь — это чернила дурного сердца.

Злые поддерживают друг друга чаще, нежели добрые.

Из всех идолопоклонников нет безумнее того, кто поклоняется самому себе.

Избирать самого себя для свершения великого и трудного дела — это или безумие тщеславия, или осознание своей гениальности.

Иной раз учтивость походит на материю, которой обертывают колющие инструменты.

Какой прок менять правление, если люди и нравы не меняются.

Книгопечатание породило две новые страсти: страсть писать всё и страсть печатать всё.

Кто употребляет все своё старание на то, чтобы веселиться, тот рискует долго скучать.

Метафизик полагает, что хорошо обучил своих читателей, когда причинил им мигрень.

Много мыслей, которые находили блестящими, побледнели при ярком свете печати.

Мудрец велик и в маленьких вещах; бездельник мал и в самых великих.

Мы собираемся управлять делами, а выходит так, что дела управляют нами.

Наш путь начертан нашими склонностями и способностями.

Нет таких выгод, которые не уравновешивались бы невзгодами.

О правлении можно сказать то же, что и о погоде: редко бывает так, чтобы не желали перемен.

Обед богача есть надругательство над голодом нищего.

Плохой генерал ведет за собой стадо жертв.

Простой грамматик есть работник, который полирует инструменты и никогда их не употребляет.

Самые страшные бури рождаются от народных волнений.

Самый совершенный язык тот, который выражает наибольшее количество понятий наименьшим количеством слов.

Сатира более раздражает, нежели исправляет.

Состояние ставит нас выше нужды, но не выше наших прихотей.

Те, которые оскорбляются безделицей, так же мало годятся для общества, как и те, которых ничто не оскорбляет.

Террор не придумал для уравнения общества никаких других средств, как только рубить головы, поднимающиеся над уровнем посредственности.

Труднее управлять теми, которые жаждут известности и наслаждений, нежели теми, которым хочется хлеба.

Усилия, употребляемые ради приобретения состояния, мешают пользоваться им.

Часто встречаются ледяные сердца под пылкими головами, но редко холодные головы под пылкими сердцами.

Часто под секретом делают ложные сообщения для того, чтобы получить истинные.