А давайте изобретем быстренько какой-нибудь другой календарь, чтобы сейчас был не ХХ век?

А может быть, прекрасная пещерная живопись вынуждена была когда-то уйти в подполье?

А может, стены Иерихона пали оттого, что внутри их слишком много дули в фанфары?

Автор может совершить самоубийство, целясь во вкусы публики.

Анекдоты о сумасшедших, рассказанные ими самими, внушают беспокойство — слишком уж разумны.

Аппетит приходит во время еды, но не уходит во время голода.

Атеисты говорят о времени «после рождества Христова» — «наша эра». Странно.

Ах, если бы иметь столько слушающих, сколько подслушивающих!

Ах, если бы мы могли видеть жизнь, а не ситуацию!

Бедная Земля, все наши тени падают на нее.

Безбожники — это верующие, которые не желают быть ими.

Безвыходным мы называем положение, выход из которого нам не нравится.

Безграмотные вынуждены диктовать.

Бессонница — болезнь тех эпох, когда людям велят на многие вещи закрывать глаза.

Бойтесь тех ботаников, которые утверждают, что древо познания родит корни зла.

Болото иногда производит впечатление глубины.

Большинство имеет определённое мировоззрение, которое определено меньшинством.

Борьбу за власть ведут с нею самой.

Боюсь ангелов, они добры, согласятся быть и дьяволами.

Боюсь незаряжённых ружей. Ими разбивают головы.

Бред? Но ведь новый!

Брось первый камень, а то тебя назовут эпигоном.

Будем учиться — может быть, после смерти из нас вырастет древо познания добра и зла.

Будущее нужно постоянно вызывать из небытия, прошлое приходит само.

Будучи на вершине, ты находишься над бездной.

Будь альтруистом, уважай эгоизм других!

Будь люди по-настоящему велики, на свете было бы много места.

Будь у меня сила воли побольше, я бы сумел пересилить её.

Бывает, что есть, куда воткнуть, но нет контакта.

Бывает, что колокола раскачивают звонарем.

Бывает, что не хочется жить, но это еще не значит, что хочется не жить.

Бывают времена, когда сатире приходится восстанавливать то, что разрушил пафос.

В борьбе между сердцем и головой в конце концов побеждает желудок.

В верности есть немного лени, немного страха, немного усталости, немного пассивности, а иногда немного верности.

В действительности всё не так, как на самом деле.

В доме повешенного не говорят о верёвке. А в доме палача?

Великие времена могут вместить порядочное количество маленьких людей.

Вершина знаний о человеке — архив тайной полиции.

Верю ли я в Бога? Почему-то об этом спрашивают всегда люди, а Он — никогда.

Вечность? Единица времени.

Видения из твоих снов жрут из твоей тарелки.

Власть чаще переходит из рук в руки, чем из головы в голову.

В настоящей бомбе с часовым механизмом взрывчатым веществом является время.

Вначале было слово. А потом уже возникло молчание.

В нем ощущается какая-то огромная пустота, до краев наполненная эрудицией.

В опасные времена не уходи в себя. Там тебя наверняка отыщут.

В плане снабжения города предусмотрены и анекдоты. В этом направлении власти тоже работают.

В проблеске гениальности видишь свою бездарность.

В стране лилипутов разрешается смотреть на главу государства только через увеличительное стекло.

Во владениях лжи умирает фантазия.

Во время пытки он ещё и сам щипал себя.

— Зачем? — воскликнул потерявший терпение палач.

— Проверяю, не кошмарный ли это сон.

Во всем виноваты евреи — это их Бог нас создал.

В опасные времена не уходи в себя. Там тебя легче всего найти.

Воробей в клетке для орлов — свободен.

Воскресать могут только мертвые. Живым - труднее.

Воскреснуть без согласия убийц — вот это смелость.

Вот ведь тру́сы никогда не боятся лежать на кладбище героев.

Во что я верю? В Бога, если он есть.

Время неподвижно, это мы движемся в нем не туда.

Все боги были бессмертными.

Все великие трагедии имеют конец, но кто же может высидеть до конца?

Всегда найдутся эскимосы, которые выработают для жителей Конго правила, как вести себя во время жары.

Всегда следуй за стрелкой компаса — она знает, когда дрожать.

Всю жизнь идти к цели можно, только если она постоянно отодвигается.

Все иллюзия. Конечно, и предыдущая фраза.

Все хотят добра. Не отдавайте его.

Всё в руках человека. Поэтому их надо чаще мыть.

Все кандалы мира составляют единую цепь.

Всё надо принести в жертву человеку — только не других людей.

Всё-таки в дерьме что-то есть, миллионы мух не могут ошибаться.

Вы думаете, этот автор чего достиг? Да ведь он снизил общий уровень.

Где запрещено смеяться, там, как правило, и плакать нельзя.

Глупость данной эпохи — такой же ценный урок для следующей, как и мудрость.

Глупость не освобождает от необходимости мыслить.

Говорят — институт брака. В таком случае не мало ли в нем сотрудников?

Говорят, у потерявшего зубы несколько свободнее язык.

Голод: аппетит, обострённый настолько, что им можно убить других.

Гораздо лучше — не верить в человека, а быть уверенным в нем.

Гордо носили на груди этикетки с ценой, за которую их нельзя купить.

Государство, заранее знающее даты смерти своих граждан, может вести в высшей степени плановое хозяйство.

Граница между светом и тенью — ты.

Грехи бывают разного обряда.

Грустно, если позвоночник распрямляется только на кресте.

Гуманизм переживет человеческий род!

Давайте выкрикивать здравицы, а вдруг кто-нибудь выйдет на какой-нибудь балкон.

Давайте жить дольше… чем другие!

Даже бороду Пророка можно сбрить!

Даже в его молчании были грамматические ошибки.

Даже на троне протираются штаны.

Даже если дать корове какао, не выдоишь шоколада.

Даже из мечты можно сварить варенье, если добавить фруктов и сахару.

Демосфен говорил с камнем во рту. Тоже мне — помеха!

Деньги не пахнут, но улетучиваются.

Дерьмом можно интересоваться только в том случае, если оно является удобрением.

Для лошадей и влюбленных сено пахнет по-разному.

Для мышления нужен мозг, не говоря уже о человеке.

Дна нет. Просто глубже не пускают.

До глубокой мысли надо подняться.

Догматы — гарантия прогресса: толковать их опасно — приходится разрушать.

Должно ли искусство быть понятным? Да, но лишь для тех, кому оно адресовано.

Должны ли люди быть стальными? Мне временами кажется, что лучше им быть из плоти и крови.

Дон-Кихоты, атакуйте ветряные мельницы только при попутных ветрах!

Дорожные знаки могут превратить шоссе в лабиринт.

Дорожные указатели стоят на месте.

Драматург: чревовещатель души.

Дурак — это человек, считающий себя умнее меня.

Душно! Откройте окна. Пусть эти во дворе тоже почувствуют.

Дьявол коварен — он может явиться к нам просто в образе дьявола.

Дьявол в аду — образ положительный.

Дьяволы состоят из падших ангелов и выдвиженцев из людей.

Его мысль — чистое наслаждение. Никого не оплодотворяет.

Если б козла отпущения можно было еще и доить.

Если бы можно было отоспать смерть в рассрочку!

Если бы повысилось искусство вести беседу, понизилась бы рождаемость.

Если бы хоть со дна все выглядело возвышенно!

Если видишь человека насквозь — знаешь, кто за ним стоит.

Если все должно сходиться, что-то должно не сходиться.

Если заявить: «Святых нет!», обидятся даже атеисты.

Если искусство не замыкается в четырех стенах комнаты, его могут замкнуть в четырех стенах камеры.

Если кричат: «Да здравствует прогресс!», всегда справляйся: «Прогресс чего?»

Если людоед пользуется вилкой и ножом — это прогресс?

Если не можешь изменить ситуацию — измени свое отношение к ней.

Если нужно бить тревогу — бей, даже если у тебя нет штата звонаря.

Есть пьесы настолько слабые, что никак не могут сойти со сцены.

Если смотришь на мир прищурившись, легче скрыть слезы.

Если убрать из истории всю ложь, то это не значит, что останется только правда. В результате может вообще ничего не остаться.

Если уж набрал в рот воды, то, по крайней мере, никого потом не оплевывай.

Если фата-моргана окажется реальностью, требуйте возмещения морального ущерба.

Ещё ни один Бог не пережил утраты верующих в него.

Жаль, что в рай надо ехать на катафалке!

Жизнь вынуждает человека многое делать добровольно.

Жизнь — вредная штука. От нее все умирают.

Жаждешь крови? Ну и будь блохой!

Знай я раньше то, что я знаю теперь, я бы не знал этого.

Идею можно докультивировать до культа.

Извечная мечта палача: комплимент приговорённого за отличное качество казни.

И кастраты духа берут высокие ноты.

И коза сошла бы за дьявола, будь в ней хоть что-нибудь человеческое.

И медные лбы полны блеска.

И пролитая кровь еще пульсирует. Пульсом эпохи.

И насилие над совестью лишает невинности.

«Из одного креста можно было бы сделать две виселицы», — с презрением сказал специалист.

Из одной системы нам ещё долго не выбраться — из Солнечной.

Из раны, неудачно нанесённой деспоту, льётся море чужой крови.

Из рая выгнали только Адама и Еву. Как же выбрались оттуда на свободу львы, орлы, блохи, обезьяны и т. д. ? И даже яблоки?

Из скромности считал себя графоманом, а был доносчиком.

Изучайте опыт орнитологов: чтобы писатели могли развернуть крылья, они должны получить возможность пользоваться перьями.

Иногда кажется, что в нас живет некто, поселившийся по распоряжению властей.

Иногда меня дьявол искушает поверить в Бога.

Иногда надо замолчать, чтобы тебя выслушали.

Иногда накапливается столько мусора, что выбрасывать его кажется расточительством.

Иногда ночь бывает слишком темна, чтобы ее заметить.

Иногда преступлением является как раз алиби.

Иногда сатире приходится восстанавливать то, что уничтожил пафос.

Иногда так хочется стукнуть кулаком по столу, но в последний момент замечаешь, что расплескал бы чей-то десерт.

Иногда юморист впадает в отчаяние: ему не удается быть смешнее, чем пафос других.

Иногда я перестаю верить в синеву небес: мне кажется, что это пространство, идеально покрытое синяками.

Иные из тех, кто боится взглянуть в глаза будущему, не подозревают, что будущее может показать им зад.

Искусство идет впереди, а за ним — конвойные.

Исполняются самые смелые наши мечты. Теперь очередь за несмелыми.

Истина обычно лежит посередине. Чаще всего без надгробия.

Иуды тоже научились носить кресты.

Каждая метла постепенно сметается сама.

Каждый век имеет свое средневековье.

Каждый родится с задом, годным для трона.

Как видно, в аду есть и вход, и выход, коль скоро можно пройти через ад.

Как перевести вздох на другие языки?

«Как следует себя вести, — спросил мой знакомый, — если застаешь у себя дома любовника своей жены в постели с чужой женщиной?»

Как хотелось бы многим покинуть самих себя в минуту опасности!

Как упражнять память, чтобы научиться забывать?

Кандалы не любят приковывать внимание.

Каннибалы любят мягкотелых.

Каким должно быть богатым государство, чтобы позволить себе из половины населения сформировать полицию, а другую половину содержать в тюрьмах на государственный счет!

Каково предначертание человека? Быть им.

Когда в политических сказках речь идет о животных, значит это бесчеловечное время.

Когда деспоты обращаются к террору, можно спать спокойно. Тут уж будет без обмана.

Когда запахли фиалки, дерьмо сказало: «Ну что ж, они работают на дешевом контрасте».

Когда кричат: «Да здравствует!» — это значит только, что ещё терпят.

Когда легенда превращается в действительность, то чья это победа: идеалистов или материалистов?

Когда миф сталкивается с мифом, столкновение бывает весьма реальное.

Когда мы заселим пустыни, исчезнут оазисы.

Когда машинист ищет новых путей — поезд сходит с рельсов.

Когда народ не имеет голоса, это чувствуется даже при пении гимна.

Когда не дует ветер, и флюгер на крыше имеет свой характер.

Когда не над чем смеяться, рождаются сатирики.

Когда падают головы, не опускай своей.

Когда сплетни стареют, они становятся мифами.

Когда хамелеон у власти, цвета меняет окружение.

Когда я думал, что уже достиг самого дна, снизу постучали.

Кому посватать свободу, чтобы она не осталась бесплодной?

Кострами не рассеять тьму.

Красивая ложь? Внимание! Это уже творчество.

Крыша над головой часто не позволяет людям расти.

Кто свернул с дороги в ад, того не испугает предупреждение: «это дорога в никуда!»

Кто же исследует на пощечине отпечатки пальцев?

Кто знает, может быть, дьявол упорхнул бы от нас, если бы его окрылили?

Кто знает, что открыл бы Колумб, не попадись ему на пути Америка.

Лавры иногда пускают корни в голову.

Легче обозвать кого-нибудь шлюхой, чем быть ею.

«Лечь-встать» — всего лишь быт новобранцев. «Умри-воскресни!» — вот это жизнь!

Лицо врага пугает меня, когда я вижу, как оно похоже на мое собственное.

Ложь отличается от правды тем, что не является ею.

Любая вонь, борющаяся с вентилятором, склонна считать себя Дон-Кихотом.

Любовь к Родине не знает границ.

Люди и до ада доберутся. И освоят там богатейшие залежи серы.

Люди когда-нибудь станут братьями и снова начнут с Каина и Авеля.

Мать преступления — глупость. Но отцы его часто бывают гениальны.

Мгновение осознания своей бесталанности есть вспышка гениальности.

Мечта рабов: рынок, где можно было бы покупать себе господ.

Минутка конца света будет короче, чем слово творения.

Мне снился кошмар: бурный рост бюрократизма в стране, где только что распрощались с неграмотностью.

Многие бумеранги не возвращаются. Выбирают свободу.

Многие из опередивших свой век вынуждены были ожидать его не в самых удобных помещениях.

Многие из тех, кто лез в светила, повисли на фонарях.

«Мойте уши!». А вдруг пробьет час.

Может ли людоед говорить от имени съеденных им людей?

Может ли съеденный туземцами миссионер считать свою миссию выполненной?

Можно ли расходиться с правдой? Да, если ты опережаешь ее.

Можно убить человека серпом, можно убить человека молотом. А уж если серпом и молотом…

Можно умереть на острове Святой Елены и не будучи Наполеоном.

Можно очутиться на дне и не достигнуть глубины.

Мы любим, чтобы наш внутренний голос доносился к нам снаружи.

Мысли перескакивают с человека на человека, как блохи, но кусают не всех.

Мысли приходят в голову изнутри.

Мы смотрели в глаза друг другу. Я видел себя, а она — себя.

Мышление — это общественная функция или функция мозга?

Надежда — мать дураков, что не мешает ей быть прекрасной любовницей смелых.

Надо иметь много терпения, чтобы научиться быть терпеливым.

Надо так умножить количество мыслей, чтоб на них не хватило надзирателей.

На каждой горной вершине ты оказываешься над пропастью.

На рогах дьявола нимб держится крепче.

Народ чертыхается истово, он верит в магию слова.

Настоящий враг никогда тебя не бросит.

Настоящий человек состоит из вопросов, настоящий Бог состоял бы из ответов.

Настоящая сплетня никогда не должна подтверждаться на все сто процентов.

Наше неведение достигает всё более далёких миров.

Наши дни сочтены — статистиками!

Никогда не открывай дверь перед тем, кто может ее открыть и без твоего позволения.

Никогда не совершу самоубийства. Верю в людей — всегда найдется услужливый убийца.

Ни на одних часах стрелки не указывают, как жить.

Ни с какой точки зрения нельзя быть слепым.

Небесные тела вращаются всё по тем же орбитам, но всякий раз по другим законам.

Не будь снобом. Не ври, когда за правду лучше платят.

Невозможно сыграть «Песнь свободы» на инструменте принуждения.

Не влезай в душу ближнего ногами, даже если ты вытер их.

Не всякая пальма первенства приносит плоды.

Неграмотные вынуждены диктовать.

Не давайте гермафродитам и евнухам решать проблемы избыточности и неудовлетворённости!

Недостаточно просто сказать — я существую — надо быть.

Недостаточно, чтобы твои слова были сказаны к месту, надо, чтобы они были обращены к людям.

Не ждите слишком много от конца света.

Не звени ключами от тайн.

Незнание закона не освобождает от ответственности. Зато знание — запросто.

Не зная иностранных языков, ты никогда не поймешь молчания иностранца.

Не каждому жизнь к лицу.

Не каждый залп начинает революцию.

Некоторые были выше других на голову, которую им отрубили.

Некоторые люди охотно носили бы фригийский колпак, будь он шапкой-невидимкой.

Некоторые мысли приходят в голову под конвоем.

Некоторые не видят разницы между онанизмом и «верностью себе».

Некоторые предсказывают мне недолговечную актуальность. Они думают, что я пишу о них.

Некоторым кажется, что они происходят от обезьян, сидевших на дереве познания добра и зла.

Некрасиво подозревать, когда вполне уверен.

Некрасиво показывать пальцем, даже на себя, как на Мессию.

Не кричите: «Король голый!», пока он не станет к вам задом.

Нельзя смешить беззубых тиранов.

Нелегко жить после смерти, Иногда приходится на это потратить всю жизнь.

Неосуществившиеся дела нередко вызывают катастрофическое отсутствие последствий.

Не отворачиваться от действительности? Как будто действительность не окружает нас со всех сторон.

Не отставай от времени, а то заденешь тех, кто его погоняет.

Не поноси человека на незнакомом ему языке. Это садизм.

Не раскрывай людям объятья — не помогай им распять тебя.

Не рассказывайте свои сны. Вдруг к власти придут фрейдисты?

Не следует верить гадалкам, которые пользуются научными методами.

Не стоит бегать от снайпера — умрёшь уставшим.

Не теряйте голову! А вдруг жизнь захочет вас по ней погладить?

Не у всякой серой массы есть что-то общее с мозгом.

Неужели при насилии над совестью не теряется целомудрие?

Не ходи по гладкой дороге — поскользнёшься.

Не все Авели могут позволить себе роскошь иметь собственных Каинов: многим приходится довольствоваться коллективным.

Ну, хорошо… Пробьёшь ты головою стенку… И что ты будешь делать в соседней камере?

Обожаю мелодраму. Потому что я реалист.

Обо всем уже сказано, но, к счастью, не обо всем подумано.

Общение с карликами деформирует спинной хребет.

Обычно мы слышим уже окончательную редакцию вздохов.

Овца с золотым руном не была богатой.

Одиночество, как ты перенаселено!

Одиннадцатая заповедь: «Не прелюбословь!»

Один поклон жрецам значит больше, чем сто поклонов божеству.

О, если бы какой-нибудь бог сказал: «Верьте мне!», а не: «Верьте в меня!»

Окно в мир можно закрыть газетой.

Она? Даже главный врач не прочтет в ее глазах ничего, кроме трех диоптрий.

Он был верным знаменосцем. Сжимал древко — и ничто не могло оторвать его от него. Даже смена знамени.

Он напоминает мне вошь на лысине. Вокруг все блестит, — а все же вошь.

Он обладал знанием, но не оплодотворил его.

Он? Обладатель энциклопедического невежества.

О нём говорили с восхищением: «Догоняет лучших!». «С какой целью?» — забеспокоился я.

Он не закончил своего дневника. Он довел его лишь до момента своей смерти.

Он прятался за языком, который показывал миру.

Осины дрожат при любом строе. Но (черт бы их побрал!) — при любом строе они преспокойно зеленеют.

Осторожно: когда ты в блеске славы, у твоих врагов преимущество они подстерегают в тени.

От душевного жара остается либо пепел, либо деяние.

Отнес глупость мастеру: «Нельзя ли переделать на мудрость?». Мастер ответил: «Ещё и останется».

Отпечатки перста Божия никогда не идентичны друг другу.

Отсутствующие всегда неправы, но очень часто они сохраняют себе жизнь.

Отыди, дьявол! У меня дьяволица!

Очень немногие люди в девятнадцатом веке предвидели, что наступит двадцатый век.

Ошибка становится ошибкой, когда рождается как истина.

Пегас должен быть подкован на все четыре ноги.

Первое условие бессмертия — смерть.

Первородный грех был источником славы Божьей — небывалого роста числа верующих.

Первый, кто понял остроту, имеет достаточно времени, чтобы притвориться, что не понял.

Писатель, который не углубляется, всегда удерживается на поверхности.

По жизни надо пройти с горделивым прищуром, тем самым давая понять неведомому Великому Демиургу, что его блистательная шутка дошла.

Под палкой даже в барабане пробуждается Муза.

Подсунь свою мечту врагам, может быть, они погибнут при её реализации.

Подумай, прежде чем подумать!

Подумать только! На огне, который Прометей украл у богов, сожгли Джордано Бруно.

Поздно стучать кулаком по столу, когда ты сам уже только блюдо.

Помни, никогда не изменяй правде. Изменяй правду.

Полные люди живут короче. Но едят дольше.

Помните, что цена, которую нужно платить за свободу, падает, когда растет спрос.

Помните, у человека нет другого выбора — он должен быть человеком!

Попробуй рассказать что-нибудь, не обращаясь к образам, присловьям, идиомам, не прибегая к штампам — даже литературным. Тут-то ты и узнаешь, как трудно быть простым.

После некоторых воспоминаний мало холодного душа, нужна настоящая горячая ванна.

Пословицы противоречат одна другой. В этом, собственно, и заключается народная мудрость.

Поцелуи Иуд закрывают рот поэтам.

Почему бы не увеличить срок пожизненного заключения путем искусственного продления жизни?

Предпочитаю надпись «Вход воспрещен» надписи «Выхода нет».

Признайся: ставя на красное и черное, ты все же не теряешь надежды выиграть на зеленое!

Признания, что мир прекрасен, больше всего ждут от меня те, кто делает его для меня отвратительным.

Провидение наставило рога дьяволу.

Прогресс: наши предки ходили в звериных шкурах, а нам и в наших не по себе.

Просто не хочется верить, что ложь существовала до книгопечатания.

Прямолинейные, будьте осторожны! Особенно при повороте.

Равноправие во времена бесправия — это уже кое-что.

Разбираюсь ли я в людях? Только в 2711-ти.

Раздвоение личности есть тяжелое психическое заболевание, так как сводит бесчисленное множество существ, на которые обычно разбит человек, к жалким двум.

Разделяет не пропасть, а разница уровней.

Разрушая памятники, сохраняйте постаменты. Всегда могут пригодиться.

Ребёнок рождает родителей.

Реформа календаря не сокращает срок беременности.

Рога не мешают дьяволу носить самые разнообразные головные уборы.

Розы пахнут профессионально.

Руби сук, на котором сидишь, только если тебя на нем захотят повесить.

Сатана должен быть жесток. Евангелисты дали ему слишком мало времени.

Сбываются самые смелые наши мечты, приходит время для несмелых.

Свободу симулировать нельзя.

С евнухами можно долго разговаривать — рассказывала одна дама из гарема.

Сезам откройся! Я хочу выйти!

Сентиментален ли я? Ещё как! Как вспомнишь молодёжный цинизм, слёзы наворачиваются на глаза.

Сила дьявола в его ангельском терпении.

Сколько догматов у атеиста!

Слабая память поколений сберегает лишь легенды.

Слепого фанатика по глазам видно.

Сложнее всего с правдой в те времена, когда все может оказаться правдой.

Слишком многие драматурги не понимают своей роли на сцене.

Служил как пес, убили как собаку.

Случается, что время замораживает людям кровь в жилах: чтобы не разлагались.

Случается, что крючок глотают вместе с рыбаком.

Смельчак: ест с руки тирана.

Собственная смерть не может быть отговоркой для джентльмена.

Совершил преступление: убил человека. В себе.

Совесть рождается иногда из ее угрызений.

Сначала было слово. Потом появилось молчание.

Спрашиваете, почему люди бегут с корабля, который не тонет? Они смекнули, куда он их везет.

Среди слепых и кривой ослепнет.

С той минуты, как человек встал на задние конечности, все является позой.

«Стиль — это человек». Как мало было бы на земле жителей!

Сторона гроба, обращенная к потребителю, не украшена.

Страшнее всего грязь моральная: провоцирует искупаться в крови.

Страшно, если всё сведётся к тому, чего мы не хотим принять к сведению.

Стрелка испорченного компаса не дрожит. Она свободна от ответственности.

Так тесно прижались друг к другу, что для чувств не осталось места.

Там, где падают головы, крутятся те, кто хочет присвоить себе хотя бы лица.

Там, где запрещен смех, обычно и плакать не разрешается.

Творите о себе мифы. Боги начинали только так.

Те, кто надел на глаза шоры, должны помнить, что в комплект входят ещё узда и кнут.

Тебя продадут все равно, ты только набивай себе цену.

Тема диссертации: «Человек в истории человечества».

Темные силы часто проливают свет на суть дела.

Темп! Темп! Можно прожить жизнь за один день. Но что тогда делать с оставшимся временем?

Техника дойдет до такого совершенства, что человек сможет обойтись без себя.

Техника техникой, но лифт ломается чаще, чем лестница.

Толстяки живут меньше. Зато едят больше.

Тому, кто носит терновый венец, нельзя склонять голову — венец спадет.

То, что он умер, еще не доказывает, что он жил.

Труднее всего поджечь ад.

Трудно Богу доказать свое алиби.

Трудность жизни: даже глупость надо сначала сделать.

У бездомных двери распахнуты настежь для каждого.

У Гитлера должны были быть именно такие усики, какие были. Но смотрите! У следующего могут быть кудри и бакенбарды!

У истинного избранника — нет выбора.

У каждого века есть свое средневековье.

У кого хорошая память, тому легче о многом забывать.

У людей замедленные рефлексы: понимают только следующие поколения.

У набатного колокола должно быть отважное сердце.

У него были грешные благие желания.

У слепой веры — злые глаза!

Углы губ в улыбке пропорциональны степени свободы.

Фабрики гениев есть, но нет поставок сырья.

Факт всегда голый, даже если он одет по последней моде.

Фемида слепа. И слуг своих она не видит?

Фарс действительности зачастую можно передать на сцене лишь трагедией.

Хамство имеет смысл, только когда оно вызывает равную себе реакцию интеллекта.

Хлеб открывает любой рот.

Хочется сказать художнику: не лги — выдумывай!

Хочешь встретить себя? Поезжай в чужой город.

Цени слово. Каждое может быть твоим последним.

Чаще всего выход там, где был вход.

Человеческая жизнь коротка — пропускная способность мира ограничена.

Человеческий организм не может одновременно вместить алкоголизм и антисемитизм. Стоит человеку принять немного алкоголя — антисемитизм сразу же лезет наружу.

Чем хрупче доводы, тем тверже точка зрения.

Черепахе приходится быть твердой сверху, потому что она мягкая снизу.

Черти делятся на падших ангелов и на вознёсшихся людей.

Чтобы быть собой, нужно быть кем-то.

Что держит нас на этой планете, кроме силы тяжести?

Что же тут странного? Люди, почитаемые как боги, со временем действительно утрачивают человеческие черты.

Что такое хаос? Это тот порядок, который был уничтожен при сотворении мира.

Что хромает, то идет.

Чтобы вскарабкаться наверх, надо сложить крылья.

Чтобы добраться до источника, надо плыть против течения.

Чтобы не запачкать рук, иногда нужно положить на ладонь банкноту.

Шедевр будет понят даже дураком. Но насколько иначе!

Это был человек прогрессивно-религиозный. Он соглашался, что люди произошли от обезьян, но от тех, что из Ноева ковчега.

Это выдающийся врач: он выдумал несколько болезней и даже сумел широко их распространить.

Это не фокус сказать: «Я — есмь». Надо быть.

Я верю в неизбежную гибель всех земных организмов — но не организаций.

Я видел во сне действительность. С каким же облегчением я проснулся!

Я сам видел однажды чудо. Это было тогда, когда люди обходились без чудес.

Я говорю вещи такие старые, что человечество их уже забыло.

Я — за восстановление частной собственности на духовную жизнь.

Я знал человека до такой степени необразованного, что ему приходилось самому выдумывать цитаты из классиков.

Я знаю, откуда идёт легенда о богатстве евреев — они за всё расплачиваются.

Я не думаю, чтобы рыба оставалась немой, если бы у нее было столько тайн, сколько у нас.

Я не разбираюсь в женщинах и отличаю их от мужчин только по их полу.

Я полон оптимизма. Человечество преодолело законы морали, почему бы ему не преодолеть законы физики?

Я притронулся к Венере Милосской. «Убери руки!» — сказала она. Это у нее комплекс.

«Я — поэт завтрашнего дня!» — сказал он.

«Поговорим об этом послезавтра», — ответил я.

«Я слышал, что мир прекрасен», — сказал слепой.

«Кажется», — ответил зрячий.

Я хотел бы сказать миру одно слово. Поскольку не сумел этого сделать — стал писателем.