Однажды ребе Исраэль из Ружина слушал некоего хасида, который превозносил достоинства своего учителя, ребе Моше Цви из Саврана.

— Ребе Моше — человек необычайной скромности, — говорил хасид. — Он считает себя недостойным даже самых незначительных проявлений почтения со стороны окружающих.

Хасид сделал паузу, ожидая, что ребе Исраэль похвалит его учителя за скромность, но тот молчал. Хасид продолжил:

— В одном местечке настолько почитают моего ребе, что всякий раз, как он туда приезжает, чуть ли не все местные жители выходят его встречать.

— И это доставляет ему беспокойство? — спросил ребе Исраэль.

— Ещё какое! Помню, вначале он сказал, что люди, должно быть, восхищены совершенством конструкции и изяществом отделки его экипажа. Затем ребе высказал надежду, что люди любуются его лошадьми. Но, в конце концов, он понял, что горожане чтят его самого. Ребе стало так грустно из-за суетности людей, что его начало тошнить. Шум, который устроили в честь прибытия ребе, был настолько ему неприятен, что его просто вырвало!

— Глупец! — воскликнул ребе Исраэль. — Вот несчастье! Неужели нельзя было отреагировать на оказанную честь иначе, кроме как рвотой? Да ведь всё так просто: оказывают тебе почести — просто принимай их, не оказывают — вообще о них не думай; много ли они значат, в конце концов? Нашего бедного брата вырвало не от самих почестей, но от чрезмерной одержимости ими.