Хвастало-хвастало Хвастовство, и однажды вдруг перестало хвастать. День не хвастает! Два! Три! Обрадовались добродетели:

— Наконец-то хвастовство исправилось!

А оно тут и говорит:

— А я целых три дня не хвастало!

И тут уж обрадовались все извечные противники добродетелей — человеческие пороки и грехи.